Ящик Пандоры  - Бернард Вербер

– Наверное. А наша шестерка должна была встретиться и приплыть на Бермуды.

Она целует его.

– В эту самую секунду мы должны были поцеловаться. Где-то это должно быть записано: в романе, киносценарии, в великой книге судеб.

– Ты объяснишь мне когда-нибудь свой фокус «Помимо меня»?[21]

Она в ответ подмигивает.

– Разве не интересно сохранить загадочность? Как бывает с любым волшебством, ты сильно огорчишься, когда узнаешь, насколько все просто. Возьми своего Геба, как бы он жил, если бы ты открыл ему, что с ним произойдет? А ты сам? Как бы ты жил, если бы прочел в книге продолжение собственной жизни?

– Я верю не всему написанному. Мы обладаем свободой воли. За дверью 113 еще никого нет. Может статься, и для Геба еще остается возможность маневра, непредвиденного поворота. Кто знает?

134.

Оба атланта так обессилели, так измучены жаждой, что уже не держатся на ногах. Последние километры до оазиса Сива они преодолевают на четвереньках.

Наконец-то Геб и Нут утоляют жажду живительной влагой из бирюзового озера.

Потом они подкрепляются зеленеющей вокруг растительностью, позволяют себе короткий отдых и снова пускаются в путь к Белой горе, к пещере.

Для них не представляет труда отыскать расселину и переступить через порог. Нут уже готова спускаться в уходящий в недра горы тоннель, но Геб вспоминает еще кое-что. Найдя огромный круглый валун, он толкает его и запечатывает вход в тоннель изнутри. Они зажигают факелы и достигают по тоннелю круглого зала.

– Мы на месте, – сообщает Геб.

Атланты водружают свои глиняные кувшины на каменный постамент.

– Мы исполнили свой долг, – провозглашает Геб. – Есть крохотный шанс, что потомки прочтут это. Крохотный, но шанс.

Нут достает из кармана две ампулы с синей жидкостью. Оба пьют яд.

Потом они растягиваются на полу пещеры и смотрят на заросший сталактитами потолок. Нут вкладывает ладонь в ладонь Геба.

– Хорошо, правда? – спрашивает она.

– Легко жить, когда принимаешь правила своего существования и полностью их применяешь.

– Я ни на что не променяла бы прожитую жизнь.

– Я тоже, благодаря тебе, – признается он.

Оба дышат полной грудью.

– Мне хотелось бы повстречаться с тобой снова, – говорит она.

– Как мы друг друга узнаем?

Они чувствуют, как замедляется дружное биение их сердец.

– У меня на шее будет подвеска, синий дельфин. Легко узнаваемая примета, не так ли?

Они улыбаются и так, с улыбкой, закрывают глаза.

– Прощай, Нут.

– Теперь мы знаем, что будет с нашими душами, поэтому лучше скажем друг другу «до свидания»…

Конец

Выражаю благодарность:

Амелии Андрие, просвещавшей меня и помогавшей на протяжении всей работы над романом.

Моему редактору Ришару Дюкуссе, он со мной уже 28 лет.

Моему новому редактору Каролине Риполл, помогавшей мне произвести на свет это дитя.

Моим друзьям-волшебникам:

Паскалю Легерну, научившему меня фокусу «Помимо меня» (а также гипнотическому спектаклю);

Яну Фришу и Эрику Антуану, помогавшим мне совершенствоваться и показывавшим варианты изобретенного ими фокуса.

Моим друзьям, практикующим регрессивный гипноз:

Тьерри Леру (бывшему ударнику Джонни Холлидея), с его помощью я совершил свою первую регрессию (при которой, кстати, побывал в Атлантиде);

Алессандро Жодоровски, показавшему мне гипноз с проекцией в воображаемые миры (и учившему чтению карт Таро);

Сабине Малко, показавшей мне эриксоновский гипноз;

Давиду Пикару, улучшившему на памятном сеансе мое погружение в прошлые жизни, в частности в одну удивительнейшую (английского лучника 1200-х годов, чье занятие смахивает на работу лицедея: он ждет сражения, чтобы поработать, как актер ждет приглашения сниматься).

Моим друзьям-историкам:

Франку Феррану, Жюльену Эрвье, преподавателю истории (известному как автор интернет-блога Odieux Connard), историку Вивиан Перре, специализирующемуся, в частности, на Гарри Гудини и на истории волшебства.

Моим первым читателям, которым хватило терпения прочесть все 11 неряшливых версий, ничем не похожих на эту…

Музыка, которую слушал автор, работая над этим романом:

Вивальди «Четыре времени года», классическая и хард-рок-версии.

«Супертрэмп» «Увертюра дурака»

Питер Гэбриэл «В твоих глазах»

Рене Обри «Степи»

«Пинк Флойд» Shine On You Crazy Diamond.